парижанка

(no subject)

Давно не была здесь, в ЖЖ.
Зашла - тихо так, как и прежде. Словно ничего и не происходит. Впрочем, вероятно, в жизни большинства моих френдов так оно и есть.
Наверно, мое пребывание здесь потихоньку подходит к концу.
Жизнь стала другой. Более приземленной, простой и настоящей, что ли. Тонким переживаниям о приходе осени и таком прочем в сердце уже не находится места.
Война - даже здесь, в мирном Киеве - стала частью жизни. Не то, чтобы мы все ходили мрачные и говорили только о том, где купить бронежилет - нет, конечно. Но война - она в голове все время.
Отмываю добела кастрюлю - кастрюли, одеяла, подушки беженцам по-прежнему нужнее всего.
Сын отца Михаила Шполянского ушел воевать добровольцем. Сохрани, Господи, воина Илию.
парижанка

(no subject)

Только ленивый не припомнил в связи с последними событиями и "Начальником Крыма" Аксеновым другого Аксенова с его "Островом Крымом".
А вот нам еще великопостных реминисценций. Вначале не поверила. Проверила. Точно, так и есть.
И.о. прокурора Севастополя - Игорь Пилат.
И.о. военкома Севастополя - Сергей Варрава.
парижанка

(no subject)

Совет Федераций только что поддержал решение о вводе войск РФ на территорию Украины.
Фактически нам объявили войну.
Боже, храни мою родину.
парижанка

Дед Мороз, или Откуда берутся подарки

Часть первая. Интродукция.

Едем мы с Лизкой в машине (это я в том смысле говорю, что бежать мне некуда). И вдруг она меня спрашивает: "Я вот хотела спросить... В классе говорят, что подарки под елку кладет совсем и не Дед Мороз и не святой Николай, а родители".
Мы вообще-то давно договорились, что Дед Мороз - это Санта-Клаус, то есть святой Николай. Святой Николай был? Был, точно. Вон папа даже в тех местах побывал, где святой Николай служил. Перед его храмом стоит безобразная статуя Санта-Клауса, вот справка фотография. В общем, концы сходились, версия даже в базовой комплектации была так хороша, что дополнительных опций никто не спрашивал. А тут...Collapse )
шапокляк

(no subject)

Это лето оказалось каким-то очень коротким.

Обычно мы в начале июня уезжаем на дачу. И там мне прекрасно. И живем мы там все лето. И оно получается жа-а-арким и до-о-олгим. Оно наполнено бесконечно трудным утренним вставаньем (дачный воздух ли тому виной?), провожаньем Шурки, росой на розах и очитке, утренним кофе в полумраке и прохладе большой комнаты, где игрушки замерли в ожидании игры; знойными днями, обилием ярких, гладких, глянцевитых овощей, которые я, как заведенная, консервирую в разных видах (ничего не могу с собой поделать:)); предвечерним купаньем в илистом коричневом озере, куда тянут неугомонные дети; вечерами всей семьей, когда мы все вместе смотрим Пуаро или мисс Марпл и лопаем какую-нибудь легкую, ароматную летнюю еду; бесконечному мороженому, фруктам, арбузам... И кажется, что это никогда не кончится, не залохматятся предвестницы осени - колючие астры, не появится в воздухе "веяние хлада тонка".

А было все не так. Машка до середины июня сдавала экзамены, потом еще недели три мы таскались по всяким врачам, которых не успевали обойти во время учебного года. Потом переехали на дачу. Но всего на месяц. Да и то приходилось временами приезжать в город, жить в нашей, но какой-то опустевшей, пыльной и беспорядочной квартире, - готовились к отпустку, то туда надо было съездить, то сюда. Лето было прохладным. И как-то так получилось, что я ни разу не искупалась. Да и не хотелось...

Потом - неделя в Лондоне. Лондон мучительно прекрасен.
Я напомнила себе Аверченковского мальчика Додю, который хочет, чтоб все было его - "Хочу, чтобы лошадь была моя; чтобы снег был мой; чтобы городовой был мой" и даже "Хочу, чтобы у меня были камни в печени". Вот и я почувствовала себя таким же страшным собственником - "хочу, чтобы Лондон был мой":)

И вот - астры топорщатся в кувшине на кухонном столе. Всё. Лето кончилось.
маргарита пална

Вы еще худеете?

Я поняла, как это делать.
Ну, правильно делать.
Чтоб родные и близкие не мечтали стать чужими и далекими - "хотя бы временно, пока ты не ешь тортиков и после шести".

Значит, так.
Если я выпью стакан холодной-прехолодной воды (ладно, бросьте, какие там ларингиты-фарингиты! Они бывают только у старых, изможденных борьбой с собственным телом теток, а я буду пушинка-тростинка!), то на ее нагрев внутри меня потратится... ну, худо-бедно, а килокалорий эдак 9 потратится.
Та-а-ак. Теперь представьте, что я выпью 10 стаканов воды. 90 килокалорий как с куста сирень! Ага, поняли логику, да?

Одна беда: в эту упрямую дрянь (мой организм) никак не влазит столько воды, чтоб отработать все тортики, встретившиеся мне на жизненном пути.
Но вот как раз над этим я готова поработать, да.